Инабль

– Расчетное время стыковки – две минуты тридцать секунд. Начинаю выдвижение телескопического стык-шлюза.

Обер-сержант Небейбаба застегнул последнюю пряжку армейского бронежилета «Потемкин». Камуфляж на фоне стерильной белизны центро-поста выглядел диковато. Сходство расцветки жилета и инабля наводило на мысли о возможности взаимопонимания.

– Какая скотина нагадила в вакууме? – в рубку ввалился капитан Стриммер, страдая жесточайшим похмельем. Создавалось впечатление, что капитан единственный из экипажа пребывает в невесомости: так его мотало. – А, это не дерьмо… это братья по разуму! Меня сейчас стошнит!..

Обер-сержант Небейбаба с хрустом вогнал магазин в гнездо импульсного седиментатора «Дружба народов». Вещмешок, доверху полный запасных магазинов и бутылок с перцовым концентратом «Санта-Клаус», доверчиво прижался к ноге обер-сержанта.

– В вас нет ни капли романтики, капитан! – хлопая ресницами, есаул О'Райли ласкала взглядом экран, и грудь «Железной Брунгильды», способная закоренелого импотента превратить в быка-рекордиста, вздымалась под облегающим серебром комбинезона. – Ах, этот инаблик, он такая лапочка!

Общий ритм пульсации слизистой «лапочки» и молочных желез «Мисс Космофлот» укреплял веру в успех контакта. «Тот, кто поручил этой дуре отвечать за безопасность шхуны, был или кретином, или гением!» – мельком подумал Ричард.

Обер-сержант Небейбаба с лязгом передернул затвор, проверил, заряжен ли подствольный флеймер, активировал встроенный в приклад микро-пугач, расчехлил обойму метательных зубочисток, свернул ремень петлей-удавкой, укрепил в гнезде штык-багинет, заранее смазанный трупным ядом, и удовлетворенно повесил седиментатор на плечо.

– Б-брррааа… п-по рр-рраааа…